Алхимия секретов - Стефани Гарбер - Страница 49

секунды Холланд почувствовала, что скучает по Гейбу, но только на долю секунды. Она отказывалась думать о нем дольше.

– Меня это не ранило, – наконец сказала она.

– Ты злишься? Потому что выглядишь немного раздраженной. – Адам потянулся к кофейному столику, но нахмурился, когда понял, что на нем не стоит бокал. Он поднялся с дивана и направился к мини-бару. – Хочешь выпить?

– Я хочу найти Сердце Алхимика.

– Это верный способ умереть, – покачал головой Адам. – А твоя сестра попросила сделать так, чтобы ты осталась в живых.

– В таком случае ты должен помочь в поисках, – заметила Холланд. – Вчера мне позвонил Часовщик.

Адам застыл.

– Что он сказал?

– Что если не найду Сердце Алхимика, то умру в 23:59, прямо на Хэллоуин.

Адам медленно провел рукой по подбородку и выругался себе под нос.

– Позволь мне прояснить ситуацию. Завтра ты умрешь, но выпить все еще не хочешь?

– Я серьезно! – Холланд схватила с дивана подушку и запустила ею в Адама.

– Я тоже, – ответил он, но все же отошел от мини-бара и теперь выглядел так, словно пытался протрезветь. – Чем я могу помочь?

– Ты же только что сказал, что поиски Сердца – верный способ умереть.

– Да, но, если с тобой что-нибудь случится, твоя сестра меня убьет. – После всего, что Холланд узнала о Дженьюэри за последние двадцать четыре часа, у нее возникло ощущение, что Адам говорил скорее буквально, чем фигурально. За это она любила сестру даже больше.

– Если ты действительно хочешь помочь, – начала она, – тогда нам нужно найти Часовщика.

– Зачем? – озадаченно посмотрел на нее Адам.

Холланд раздумывала, рассказывать ли ему о сценарии. Отсутствие интереса к Сердцу Алхимика вызывало доверие. Однако она также чувствовала, что не может ни с кем поделиться последними словами отца.

– Поверишь, если скажу, что у меня появилось предчувствие?

– Ни капельки.

– А что, если скажу, что не знаю, где Сердце Алхимика, но очень надежный источник подсказал мне, что для этого нужно встретиться с Часовщиком?

– Уже лучше. Но если я собираюсь ввязаться в это предприятие и рисковать собственной жизнью, мне понадобится нечто большее. – Его взгляд упал на ее сумку.

Холланд заметила, что Адам не так уж сильно пьян, как она думала. Хотя, возможно, он просто отключил Адама – дамского угодника из бара и включил Адама, которого ее сестра послала присматривать за ней.

– Прямо сейчас я не могу сказать что-то еще, – сообщила Холланд. – Я доверяю тебе, потому что моя сестра доверяет, но, чтобы рассказать тебе все, мне понадобится нечто большее.

– Как насчет того, чтобы вернуться к переговорам после того, как я отведу тебя к Часовщику? – ухмыльнулся Адам.

– Так ты знаешь, где он живет?

Адам тут же принял оскорбленный вид:

– Я могу найти каждого. Почему, думаешь, твоя сестра попросила присмотреть за тобой именно меня?

– Не перестаю спрашивать себя об этом.

Эти слова вызвали у Адама настоящую улыбку, от которой его карие глаза загорелись.

– Мир, в котором ты сейчас находишься, не слишком гостеприимен для чужаков. Я не самый ответственный человек, но могу провести через любую нужную тебе дверь. – Он произнес это так, как если бы принял вызов: будто ему не терпелось показать, насколько он хорош, как будто вероятность того, что она умрет, была лишь незначительной, а не реальной угрозой.

Холланд не могла решить, нервировала его дерзость или успокаивала. Может, немного того и другого. Адам Бишоп обладал каким-то безымянным качеством, которое заставляло Холланд чувствовать, что он либо неожиданно станет ее пьяным спасителем, либо окончательно погубит ее.

Глава тридцать третья

– Я пойду переоденусь, – сказал Адам. – Можешь пока повынюхивать вокруг или украсть что-нибудь из мини-бара.

Как только Адам вышел из комнаты, в животе у Холланд заурчало. Ей не хотелось отказываться от возможности повынюхивать, но от всей этой беготни в попытке спасти собственную жизнь она проголодалась. Кроме того, ей стало любопытно, на что похож мини-бар в подобном заведении. К ее удивлению, это оказался скромный ящик размером со старый проигрыватель. Холланд уже собиралась открыть его, когда заметила рядом, на стене, какую-то странную кнопку.

Кнопка была окружена маленькой золотой рамкой, расположенной под надписью «Нажать, если хотите шампанского». Холланд уже собиралась так и сделать, но потом заметила под рамкой циферблат с насечкой. Когда она повернула его, у нее задрожали пальцы.

Теперь в рамке вокруг кнопки появилась надпись «Нажать, если хотите „Сайдкар“». Очевидно, отель всеми силами продвигал коктейль этого вечера. И все же Холланд ощутила легкое беспокойство. Так много людей в ее жизни оказались не теми, за кого себя выдавали…

Она еще раз повернула циферблат с насечкой. На экране появилась надпись «Нажать, если хотите попкорна». В животе у Холланд снова заурчало, и она последовала инструкции. Холланд не была до конца уверена, чего ожидать, но ничего похожего на попкорн не появилось. Она посмотрела в сторону лифта, гадая, не доставит ли его кто-нибудь из сотрудников отеля. Из шкафчика послышались хлопки. Она повернулась и наконец открыла дверцы мини-бара.

Холланд не заметила, ударило ли ее пальцы током, посыпались ли искры и изменился ли на секунду воздух вокруг, но она знала, что перед ней было волшебство. Не простое волшебство вещей, неподвластных времени, или большое волшебство кроличьей норы. Что-то между.

В ящике пахло маслом, сахаром и тем ощущением, которое возникало при входе в кинотеатр. Внутри была небольшая сцена, занавешенная красным бархатом, а между шторами – три высокие коробки в бело-розовую полоску. Холланд с удивлением наблюдала, как они наполнялись, пока попкорн не начал высыпаться на разложенные перед сценой шоколадные батончики.

Холланд не узнала ни один из этих батончиков. Все они отличались невероятно яркими этикетками с блестящими обертками из фольги, на которых было написано что-то вроде «Попробуй солнечный лучик» и «Почувствуй вкус ностальгии».

Попкорн был трех видов: с маслом, карамелью и чеддером. Холланд взяла тот, что с карамелью, и, не удержавшись, прихватила шоколадный батончик «Лучшее воспоминание, которое ты забыл».

– Что ты там нашла?

Холланд резко обернулась на звук голоса Адама и просыпала на идеальный пол немного попкорна.

Адам, одетый в синие джинсы и мягкую белую рубашку, напоминал ожившую старую песню Ланы Дель Рей. Должно быть, он принял душ, потому что от него пахло чистотой и какими-то растениями, а кончики его золотистых волос были влажными. Капля воды упала ему на лоб, когда он перевел взгляд с шоколадки, которую Холланд держала в одной руке, на коробку с попкорном в другой.

– Откуда у тебя попкорн? – усмехнулся он, не скрывая веселья.